В БОЯХ ПОД МОСКВОЙ

Великая Отечественная война застала полковника Плиева В. Академии Генерального штаба. Он был назначен команди¬ром 50-й кавалерийской дивизии. Впрочем, самой дивизии тогда еще не существовало. Она значилась лишь в списках соеди¬нений, подлежавших развертыванию в первые дни войны.

Исса Александрович лично формировал дивизию, подби¬рал командиров, руководил сколачиванием и боевой подготов¬кой подразделений, укомплектованных казаками-кубанцами.

Считанные дни отводились для того, чтобы подготовить дивизию к выступлению. Период формирования и . подготовки был окончен. Опустели лагеря. По кубанским степям потянулись длинные колонны эскадронов, артиллерийских ба-тарей, пулеметных тачанок. Алели верхи кубанок, лихо сдви-нутых набекрень, ветер развевал концы закинутых за спины цветных башлыков. Эскадроны, покинув Армавир и Ставро¬поль, потянулись к железнодорожным станциям. Они торопи¬лись туда, где гремели бои.

Суровое лето было в тот год на Смоленщине. Заревом по-жарищ дышали переходившие из рук в руки села и города. Здесь, на подступах к Подмосковью, советские войска прегра¬дили путь главной ударной группировке противника, насмерть встали на большаках, ведущих к столице. Но силы были не¬равны. Несмотря на большие потери, противник усиливал на¬тиск, угрожая прорывом вдоль дороги на Москву.

Дивизия полковника Плиева получила задачу прорваться в тыл противника^ дезорганизовать его коммуникации и[от- влечь силы и внимание; врагаот активных наступательных дей¬ствий на московском направлении.

«Полковник Плиев — серьезный, подтянутый, спокойный — отдавал боевой приказ,— вспоминает один из участников этих событий.— В авангард был назначен 37-й кавалерийский полк под командованием подполковника В. С. Головского. Коман¬дир дивизии предупредил о вероятной встрече с вражескими мотомеханизированными частями, приказал держать в полной боевой готовности противотанковые и зенитные средства. Офи-церы отметили на картах тактические рубежи и сроки их прохождения, боевой порядок на случай встречи с крупными силами противника».

Выполняя приказ, кавалерийские части скрытно подошли по болотистой долине реки Межь к линии обороны противника и, смяв его передовые подразделения, стремительным броском вышли в тыл врага. В ту же ночь были разгромлены многие гарнизоны противника. Его тылы залихорадила паника. Одиг ночными разъездами, эскадронами и полками врывались ка- заки-плиевцы в расположение штабов и тыловых учреждений противника, громили на дорогах его транспорты, взрывали мо-сты, выводили из строя связь.

Перепуганное командование немецко-фашистских войск решило, что рейд по тылам совершает, по крайней мере, кон¬ная армия. Гитлеровцы вынуждены были снять с фронта зна-чительные силы пехоты и танков и бросить их на борьбу с дивизиями кавалерийской группы, одной из которых коман¬довал Плиев. Одна из важнейших целей рейда была, таким образом, достигнута. Темп наступления немецко-фашистских войск на фронте несколько спал. Зато противник густо обло¬жил весь район действий группы. Его авиация, снятая с пере¬довой, планомерно, квадрат за квадратом, бомбила леса. Од¬нако кавалеристы были неуязвимы. Дерзкими ночными налетами они наносили серьезные удары по вражеским гарни¬зонам, уничтожали живую силу и технику противника. И толь¬ко тогда, когда на исходе были боеприпасы, когда вражеское кольцо окружения было готово полностью замкнуться, дивизия Плиева искусным маневром вышла к линии фронта и, разгро¬мив подразделения 430-го пехотного полка противника, верну¬лась в расположение своих войск.

Позади остался трехсоткилометровый поход по тылам, раз-гром штабов, коммуникаций и карательных отрядов против¬ника. Две пехотные дивизии с сорока танками и десятками вспомогательных частей противника безуспешно ходили по пятам конников, отключившись от выполнения своих прежних задач.

Это был первый успех кавалерийской группы Доватора, ко-торый по праву разделили 50-я кавалерийская дивизия и ее командир полковник Плиев, вернувшийся из этого похода в звании генерал-майора. 56 наиболее отличившихся солдат, сержантов и офицеров были награждены орденами и медаля¬ми Советского Союза.

Но положение на московском направлении вновь резко ухудшилось. 2 октября немецко-фашистские войска перешли в генеральное наступление на Москву. Им удалось прорвать на¬шу оборону в районах Белый, Ярцево, Рославль, Глухов. 3 ок¬тября Гитлер заявил, что 48 часов тому назад начались новые операции гигантских размеров, которые, якобы, будут способ-ствовать уничтожению врага на Востоке. Он бахвалился, что враг уже разбит и никогда больше не восстановит своих сил.

На самом деле, положение наших войск было действитель¬но тяжелым. В район города Белый, где враг совершил про¬рыв, была срочно переброшена вторая дивизия группы Дова¬тора, оставив свой и без того растянувшийся по фронту участок обороны 50-й кавалерийской дивизии.

—           Исса Александрович, положение осложняется,— послы-шался в трубке голос генерала Л. М. Доватора.— Противник крупными силами наступает на Белый. Нам приказано немед-ленно направить туда 53-ю кавалерийскую дивизию. Вам при-дется рассчитывать только на собственные силы.

Плиев положил трубку, несколько минут о чем-то размыш-лял, прислушиваясь к грохоту орудийной канонады, потом обратился к начальнику штаба:

—           Товарищ Соловьев, я решил перейти к маневренной обо-роне. Передайте командиру 37-го кавалерийского полка под-полковнику Головскому приказание: немедленно оторваться от противника, отойти за линию железной дороги Земцы — Ломо-носово, занять промежуточный рубеж обороны по реке Чер-нушка и на нем пропустить через свои боевые порядки осталь-ные полки. Смирнову и Арсентьеву (командиры 43 и 47 кава-лерийских полков — Д. М.) продолжать упорно обороняться, пока арьергард не займет оборону.

37-й полк размашистой рысью отошел на восток, заняв но-вый рубеж обороны. Другие полки некоторое время продол¬жали отчаянно сражаться, а затем скрытно и стремительно отошли на третий рубеж, позади окопавшегося полка.

Не заметив отхода наших частей, противник еще долго бом- бцл и обстреливал пустующие позиции. Время было потеряно впустую.

Пока противник перестраивал свои боевые порядки и вновь развернулся для боя, прошло несколько часов, но и на новом рубеже Плиев повторил тот же маневр. Встретив противника огнем, передовые эскадроны дивизии вновь отошли, т’еперь уже на четвертый рубеж.

Такая тактика изматывала врага, тормозила его продвиже-ние. Надо было ему каждый раз перестраивать боевые поряд¬ки, менять огневые позиции, ставить новые задачи, заново организовывать взаимодействие. Пехотная дивизия врага, уси-ленная танками, артиллерией и поддерживаемая авиацией, несла тяжелые потери, почти не продвигаясь вперед.

В конце концов противнику удалось отсечь дивизию Плиева моторизованными частями 41-го механизированного корпуса, а затем и окружить кавалеристов. Чтобы пробиться к своим, дивизия должна была прорваться через сплошную колонну главных сил вражеского корпуса, продвигавшихся на северо- восток, по направлению на г. Калинин.

«Высланные разъезды привезли неутешительные вести,— вспоминает бывший начальник штаба дивизии,— по большаку вдоль железнодорожного полотна идут на север моторизован-ные колонны врага, а с запада на арьергарды наседают его последующие части.

В ночь на 11 октября кавалерийская группа подошла к большаку. Было сыро, холодно, очень темно. Нескончаемым потоком шли мимо танки, грузовики с пехотой и орудиями на прицепах, специальные машины. Тяжело завывали моторы, фары тускло блестели сквозь частую сетку осеннего дождя. Осторожно, стараясь не производить шума, подтянулись аван-гардные 37-й И 47-й кавалерийские полки».

Да, обстановка сложилась тяжелая: надо было незаметно для противника переправить целую кавалерийскую дивизию через большак, по которому непрерывно двигались мотомеха-низированные войска целого танкового корпуса врага.

Глубокой ночью, выждав паузу в интервале движения ко¬лонн противника, генерал приказал частям броском пересечь большак, развороченный гусеницами только что прошедших вражеских танковых колонн. Оставшись с эскадронами, кото¬рым предстояло проскочить через дорогу последними, Плиев молча наблюдал, как уставшие кони, разбрызгивая грязь, вступают на большак и растворяются во мраке леса на проти¬воположной стороне дороги.

Но справа вдруг стал отчетливо накатываться гул тяжелых двигателей, и вдоль дороги вспыхнула нескончаемая вереница огней. Сомнения не было: это шла новая колонна против¬ника.

Ряды конников в замешательстве остановились. Но знако-мый голос командира дивизии сбросил минутное оцепене¬ние:

— Огонь по фарам! Эскадронам повзводно, галопом! Ма-а-арш!

Первый же залп погасил огни на передних машинах.

Потом хлестнули из них ответные вспышки пулеметных и автоматных очередей. Но противник стрелял вслепую.

Командир дивизии вместе с оставшимися эскадронами бро-ском пересек большак, где его ожидало новое тревожное доне-сение: впереди — противник.

Несколько дней тяжелых боев потребовалось от конников, чтобы прорваться..Они соединились со своими войсками и за-няли оборону юго-западнее Волоколамска.

Здесь генерал Плиев узнал, что награжден высшей прави-тельственной наградой — орденом Ленина.

16 ноября началось новое наступление немецко-фашистских войск на Москву. Мощный удар танковых сил противника при-шелся по 50-й кавалерийской дивизии, сражавшейся рядом с легендарной Панфиловской дивизией.

В боях у Волоколамского шоссе, а затем у Истринского во-дохранилища закалялось боевое мастерство генерала Плиева, росла слава его дивизии. За дерзкие рейды по тылам против¬ника, за мужество и стойкость, проявленные при защите сто¬лицы, соединению Плиева было присвоено почетное гвардей¬ское наименование. 50-я дивизия стала именоваться 3-й гвар¬дейской кавалерийской дивизией, а группа Доватора — 2-м гвардейским кавалерийским корпусом.

.. Вместе с другими соединениями, оборонявшими Москву, гвардейць;генерала Плиева насмерть стояли почти у самых ворот столицы.

И когда врагу казалось, что уже иссякают запасы нечело-веческих усилий защитников Москвы, советские войска неожи-данно перешли в решительное контрнаступление.

В целях содействия наиболее успешному продвижению ча-стей Западного фронта на рузском направлении, 2-й гвардей¬ский кавалерийский корпус генерала Доватора получил новую боевую задачу: выйти в тыл отходящему противнику и пере-хватить коммуникации его истринской группировки. 13 декаб¬ря корпус двинулся в прорыв. Выйдя на пути движения враже¬ских колонн, отходящих к Рузе, кавалеристы Плиева атаковали части 9-го армейского корпуса противника и во взаимодейст¬вии с другими соединениями корпуса разгромили их. Началось преследование уползавших на запад немецко-фашистских войск.

19 декабря в районе деревни Палашкино смертью храбрых пал легендарный генерал Доватор: Руководство корпусом воз-главил его талантливый сподвижник и боевой соратник Исса Александрович Плиев.

На гжатском направлении он вновь ввел в прорыв соеди-нения прославленных гвардейцев.

До конца января 1942 года 2-й гвардейский кавалерийский корпус, ломая сопротивление врага, пробивался на запад по заснеженному Подмосковью, и только тогда, когда угроза сто-лице была полностью ликвидирована, генерал Плиев по при¬казу командования вывел свои части из боя.